Семь дней до коронации
Семь дней до коронации
Пока дворец украшают знамёнами, а в столицу съезжаются представители знатных домов и городских гильдий, Граэль почти не участвует в празднествах.
Он патрулирует замок.
Первые два дня — вместе со стражей. Затем часовые привыкают видеть молчаливого воина с двумя мечами в самых неожиданных местах: на западной стене перед рассветом, возле кухонного входа ночью, в пустых коридорах старого крыла и у покоев принцессы в часы смены караула.
По его настоянию Северин вводит новые правила:
- двойная проверка приказов, связанных с подземными помещениями;
- запрет спускаться под восточную башню в одиночку;
- ежедневная проверка кладки и защитных знаков;
- полная карта старых дворцовых ходов.
Несколько раз Граэль вместе с дежурной парой стражников возвращается к перекрытому подходу к часовне.
Не внутрь — внутрь больше нет прохода. Он проверяет всё вокруг неё.
За кладкой нет шёпота, движения или следов свежего воздуха. Каменные плиты за стеной действительно обрушились. Старые боковые тоннели заканчиваются монолитной чёрной породой.
На шестой день Граэль приводит придворного мага и Аделин. Маг подтверждает: разрушенные печати невозможно восстановить случайно. Для нового договора потребовались бы королевская кровь, добровольный свидетель, государственная печать и точное знание утраченного обряда.
Аделин проверяет стены кровью лабораторной мыши. Капля не тянется к камню, не чернеет и не складывается в символы.
— Источник всё ещё там, — заключает она. — Но больше не видит нас через договор.
Граэль смотрит на заложенный проход.
— А выпустить его можно?
— Самому ему выбраться не удалось за несколько столетий. Но если кто-то начнёт раскопки, найдёт внутреннюю дверь и сознательно откроет путь — возможно.
— Значит, вход нужно не только охранять. О нём должно знать как можно меньше людей.
По предложению Граэля поверх настоящего прохода устраивают ложную усыпальницу одного из ранних королей. Документы о работах разделяют: ни один каменщик не знает полной схемы, а подлинная карта оказывается в запечатанном архиве с тремя замками.
— Поздравляю, — говорит Самус. — Теперь у нас есть тайная дверь, ложная гробница, три ключа и древнее зло. Осталось потерять карту, и дворец окончательно станет приличным местом.
Совет перед коронацией
Вечером седьмого дня Граэль приходит в малый обеденный зал.
За длинным столом снова собираются все, кто начинал эту историю:
Элиана сидит во главе стола, но короны на ней пока нет. Справа — Северин и Мирель. Слева — Роэн, уже без канцлерской цепи, и Аделин. Эдвард расположился рядом с Кайреном; медная монета вновь висит на шее снайпера. Чуть поодаль сидит Лисса, вернувшаяся с известиями из города.
Лисса заслужила место за этим столом во время проникновения в замок: пока Граэль, принцесса и Северин пробирались внутрь, она провела отвлекающую группу и в сложный момент увела за собой патрули, обеспечив тем самым свободный путь. За последующую неделю она не раз помогала Элиане и Граэлю, собирая слухи, проверяя людей и выполняя поручения, для которых требовались осторожность и умение договариваться. К началу совета её уже воспринимали не как случайную сообщницу, а как доверенного союзника.
На столе лежат карты столицы, письма знати, списки гарнизонов — и нормальный горячий ужин, к которому за последние дни почти никто не успел прикоснуться вовремя.
Когда входит Граэль, Элиана улыбается:
— Надеюсь, ты наконец убедился, что под часовней не появился новый тайный проход?
— Не появился. Но возможность его сделать остаётся.
— Я почему-то ожидала именно такого ответа.
Граэль занимает свободное место.
— Источник запечатан. Сам выйти не может. Освободить его можно только намеренно, проведя раскопки и открыв внутреннюю дверь. Мы скрыли настоящий вход, ограничили сведения и разделили ключи. Этого достаточно, пока очередной канцлер не решит, что древнее зло поможет ему исправить политическую ошибку.
Роэн принимает укол молча.
Элиана оглядывает собравшихся:
— Тогда обсудим всё, что осталось до коронации.
Лисса кладёт ладонь на карту:
— Хольт покинул столицу. С ним около сорока наёмников и несколько дворян. Он не признал власть Элианы, но открыто нападать пока не решился.
Северин продолжает:
— Гарнизон присягнёт после коронации. Однако офицеры хотят знать, кто займёт место канцлера и что будет с Роэном.
Роэн спокойно произносит:
— Суд. Публичный. Иначе всё, что мы сделали, начнётся с тайной сделки.
Эдвард смотрит в стол:
— Мне тоже есть что рассказать на этом суде. О приказах прежнего короля. Об исчезнувших людях. Обо всём, что я вспомнил.
Кайрен напрягается, но не возражает.
Аделин добавляет:
— Записи Вейра позволяют доказать участие нескольких знатных семей в опытах с кровью. Если обнародовать всё сразу, столица получит десяток заговоров одновременно. Если скрыть — новая власть начнётся со старой лжи.
Наконец Элиана поворачивается к Граэлю:
— Через два дня мне предложат корону. Но после уничтожения договора она больше не подтверждает власть сама по себе. Мне нужен новый порядок: совет, закон и право отказать монарху.
Она слегка наклоняет голову.
— И мне нужно знать, что собирается делать человек, который помог мне получить трон, а затем неделю проверял, хорошо ли под ним заперто зло.
— Вот он, самый опасный вопрос за всё приключение, — замечает Самус. — Никаких чудовищ, ловушек и даже правильного ответа.
Граэль медленно осматривает собравшихся. Ещё неделю назад большая часть этих людей не доверяла друг другу, некоторые стояли по разные стороны запертых дверей, а один из них и вовсе был готов умереть вместе с собственной тайной.
На лице Граэля промелькивает редкая, почти непривычная улыбка.
— Когда всё это началось, я надеялся сохранить как можно больше людей. Или хотя бы не дать злу бесчинствовать. Но сегодня вижу: удача была на нашей стороне. Мы справились.
Он выдерживает короткую паузу и уже с лёгкой усмешкой добавляет:
— Хотя было несколько моментов, когда всё могло пойти совсем не по плану.
— Несколько? — переспрашивает Мирель.
Роэн устало прикрывает глаза.
— Полагаю, он проявляет великодушие.
По столу проходит тихий смех. Даже Эдвард улыбается, хотя в его взгляде ещё остаётся тяжесть вернувшихся воспоминаний.
Граэль продолжает:
— Здесь я закончил. Но если её королевское величество заинтересовано в моих умениях, я могу продолжить делать то, что умею лучше всего. За умеренную, но достаточную плату. В качестве тайного агента.
Элиана приподнимает бровь:
— «Умеренную, но достаточную» — это сколько?
— Достаточно, чтобы мне не пришлось самому добывать лошадей, снаряжение и ужин. И умеренно настолько, чтобы вам не пришлось вводить новый налог.
— Зря. «Налог на спасение королевства» звучит совершенно законно.
Граэль кладёт ладонь на карту.
— Например, можно выследить последнего участника этой истории — Хольта. Мне кажется, не стоит отпускать человека, который увёл сорок наёмников, несколько дворян и наверняка считает, что проиграл лишь первый раунд.
Лисса сразу кивает:
— Не стоит. Он движется на северо-восток. Посылает людей разными дорогами и скупает припасы через посредников. Думаю, собирается в старой крепости у Серого тракта. Но подтверждения пока нет.
Элиана смотрит на Граэля уже совершенно серьёзно:
— После коронации я не собираюсь учреждать новую тайную службу, которая подчиняется только монарху и однажды решает, что сама лучше знает интересы государства.
Эдвард чуть заметно вздрагивает, но благодарно склоняет голову.
— Поэтому ты получишь ограниченное поручение, — продолжает Элиана. — Найти Хольта, выяснить, кто его поддерживает, и доставить живым для открытого суда, если это возможно. Поручение будет утверждено мной и новым Советом. Тебе предоставят деньги, документы, лошадей и право привлекать помощь местных властей. Но казней без суда и исчезающих свидетелей не будет.
— Я обычно даю человеку один шанс, — спокойно отвечает Граэль. — Если он его использует, суд состоится.
— А если нет?
— Тогда в отчёте будет меньше страниц.
Северин кашляет в кулак, скрывая улыбку.
Граэль снова оглядывает присутствующих:
— Но мне понадобятся один или два спутника. В одиночку неудобно перевязывать раны.
Несколько секунд за столом стоит тишина.
Первой отзывается Лисса:
— Я знаю дороги, людей Хольта и тех, кому он может попытаться продать обещание нового переворота. И, в отличие от тебя, умею входить в город, не заставляя половину стражи хвататься за оружие.
— Иногда это часть плана, — замечает Граэль.
— Именно поэтому тебе нужна я.
Кайрен откидывается на спинку стула:
— И тот, кто присмотрит за вами с крыши.
Эдвард поворачивается к нему:
— Ты только что вернулся.
— А ты только что вспомнил, почему меня постоянно раздражаешь. Значит, всё снова в порядке.
Но Эдвард неожиданно качает головой:
— Нет. Кайрен нужен мне здесь. До суда. После того, что я расскажу, найдётся немало желающих помешать мне договорить.
Кайрен хмурится, однако не спорит.
Тогда Аделин спокойно произносит:
— Я пойду.
Все поворачиваются к ней.
— Хольт слишком долго работал рядом с Вейром, — объясняет она. — Если он увёз образцы крови, записи или заражённых людей, обычная погоня может закончиться хуже, чем бегством мятежника. Кроме того, кто-то действительно должен перевязывать вам раны.
— Прекрасно. Лазутчица, маг крови и мы. Хольт сдастся хотя бы из любопытства.
Элиана поднимается из-за стола.
— Тогда решено. После коронации Граэль получает первое поручение нового Совета. Лисса отправляется с ним как проводник и разведчик. Аделин — как специалист по наследию Вейра. Ваша задача — найти Хольта и не позволить ему начать новую войну.
Она подходит к Граэлю и протягивает руку:
— Плата будет умеренной.
— Но достаточной?
— Если вернёшь Хольта живым — даже щедрой.
Граэль пожимает её руку.
— Тогда постараюсь не слишком сильно его напугать.
Лисса разворачивает на столе карту северо-восточных земель и указывает на старую крепость возле Серого тракта.
— Выезжать нужно сразу после коронации. Сегодня утром один из моих людей нашёл на дороге повозку Хольта. Пустую. Лошади исчезли, охрана убита, а внутри обнаружили ящик со знаками Вейра.
Аделин мрачнеет:
— Что было в ящике?
— Ничего. Но изнутри крышку исцарапали ногтями.
За столом снова становится тихо.
Улыбка постепенно исчезает с лица Граэля.
— Что ж. Похоже, работа уже нашла нас сама.