Серый узник

Серый узник втягивает воздух.

Женщина поднимает пустые руки:

— Я сдаюсь. Только решай быстрее. Оно уже выбирает запах.

Теперь в живых и сознании остаются двое пленных, претендующих на запланированное Граэлем единственное место. А между ними в траве лежит пластина, способная назначить Серому узнику его первую добычу.

Граэль одним взглядом оценивает расстояния: командирша уже сломлена, лучник сдался, а Серый узник пока ещё протискивается через разрушенный люк. Уничтожить его одним броском не получится, но огонь должен задержать тварь и обозначить её положение для возвращающихся спутниц.

Он выхватывает из сумки глиняную склянку, наполненную густой горючей смесью, и срывает пробку.

— В приют не входить! — громко кричит Граэль так, чтобы его услышали все вблизи от приюта, и у колокольни.

Затем переводит взгляд на командиршу:

— Оружие и пластину — на землю. Отойди назад. Медленно. Если решишь, что я отвлёкся, следующая склянка будет для тебя.

Женщина осторожно отбрасывает короткий клинок, затем носком сапога отодвигает серебряную пластину. Подняв пустые руки, она отступает от входа.

Она подчиняется, хотя продолжает внимательно следить за пластиной.

Граэль разворачивается к распахнутой двери и бросает склянку в поднимающееся из кухни чудовище.

Склянка разбивается о плечо Серого узника. Маслянистая жидкость растекается по серой шерсти, швам и металлическим скобам — и вспыхивает ярким оранжевым пламенем.

Тварь запрокидывает голову и издаёт звук, похожий одновременно на звериный рёв и человеческий вопль. Она больше не выбирает запах.

Теперь она видит Граэля.

— Прекрасно, — удовлетворённо произносит Самус. — Мы успешно привлекли внимание существа, которое до этого ещё раздумывало.

Сейра показывается из-за угла дома, аккуратно оценивая происходящее. Она недалеко от двери, где чудовище, сбивая стол и стулья, старается потушить себя.

— Можешь закрыть вход магией? — спрашивает Граэль. — Нам не нужно победить его сейчас. Нужно удержать до возвращения остальных.

Сейра смотрит на главную дверь приюта, затем на обломки кухонного пола.

— Саму дверь — да. Но ненадолго. Я сведу раму печатью и укреплю створку. Если эта тварь достаточно сильна, она всё равно проломится.

Она подбегает ближе к порогу и проводит ладонью в воздухе. Дверь с силой захлопывается и серебряные линии расползаются по дереву, словно морозный узор.

Дверь запечатана. Не навсегда, но теперь Серому узнику придётся её ломать.

Сквозь окно видно пламя, расползающееся по плечу чудовища. У серого узника не получается его быстро погасить.

Узник бросается через общий зал к главному входу. Столы разлетаются, скамья ломается под его лапой. Он врезается в дверь всем телом.

Серебряные линии вспыхивают. Дверь выдерживает первый удар, но по одной из досок проходит широкая трещина.

— Ещё один или два таких удара, — предупреждает Сейра. — Больше она не выдержит.

Скованный воин

Огненные цепи всё ещё удерживают солдата у крыльца. Услышав рёв, он начинает отчаянно вырываться.

Цепи лопаются. Мужчина перекатывается в сторону и тяжело поднимается на одно колено. Его меч лежит неподалёку.

Граэль не препятствует ему.

— Подними оружие. Бежать поздно. Если эта дверь рухнет, сначала оно доберётся до ближайшего.

Солдат смотрит на командиршу, затем на треснувшую дверь. Та отводит глаза: он уже понял, кого она на всякий случай пометила пластиной.

Мужчина подбирает меч, но направляет его не на Граэля, а к двери.

— Если выживу, я тоже сдаюсь.

— Тогда постарайся выжить.

Подкрепление

Из леса доносится короткий свист Лиссы. Почти сразу между деревьями появляется её силуэт; она возвращается бегом, уже держа складной лук в руках. Следом, заметно отставая, движется Аделин.

Снаружи позиции удерживают Граэль, Сейра и освобождённый солдат. Командирша и сдавшийся лучник разоружены. Серебряная пластина лежит в траве.

Изнутри раздаётся второй яростный удар.

Дверь выгибается наружу, а серебряная печать начинает осыпаться искрами. Граэль выиграл немного времени — но Серый узник явно намерен выйти.

Лисса добегает первой. Увидев выгнутую дверь, разоружённых пленников и обожжённого солдата с мечом, она на мгновение приподнимает бровь.

— Стоило отойти на несколько минут…

— Займи позицию рядом с пленниками, — приказывает Граэль. — Приглядывай за ними. Когда тварь выберется — стреляй.

Лисса не тратит время на вопросы. Она становится так, чтобы одновременно держать под прицелом командиршу, лучника и вход в приют.

— А если выбирать между пленником и тварью?

— Сначала тот, кто совершит глупость.

— Разумно.

Сейра подбегает к командирше и подбирает серебряную пластину, обернув руку краем плаща.

— Разберись, как она работает, но цель пока не меняй. – Повернув голову к Сейре кричит Граэль. - Если сможешь — помогай нам.

— Постараюсь не назначить добычей кого-нибудь случайно, — отвечает она, отходя к пленникам. — Особенно вас.

Граэль отступает от двери на несколько шагов, оставляя перед собой свободное пространство для удара. Один меч он держит перед собой, второй отводит назад. Мощь великана всё ещё действует, но Огненная и Каменная руны уже израсходованы.

Рядом занимает позицию обожжённый солдат. Он сжимает меч обеими руками и старается не смотреть ни на бывшую командиршу, ни на Граэля.

— Даже не думай, — негромко предупреждает Граэль, не поворачивая головы.

— Я думаю только о двери.

— Продолжай.

— Приятно видеть человека, правильно расставившего жизненные приоритеты, — замечает Самус.

Серебряная пластина

Пока Серый узник ломает преграду, Сейра проводит пальцем над выгравированными линиями.

— Поняла! Пластина не просто оставляет метку. Она переносит на цель магический запах владельца. Сейчас Узник настроен на знак командирши, но алхимический огонь и твоя близость отвлекли его. Если изменить цель, он станет преследовать её почти наверняка.

Командирша бледнеет.

— Не смей.

Лисса слегка натягивает тетиву.

— По-моему, пленница собиралась совершить глупость.

— Пока не меняй цель, — повторяет Граэль.

Сейра кивает:

— Тогда пластина остаётся неактивной.

Дверь

Изнутри раздаётся тяжёлый топот.

Первый удар заставляет остатки серебряной печати вспыхнуть. Второй вырывает верхнюю петлю. Затем в образовавшуюся щель просовываются длинные когти и медленно отгибают доски наружу.

Граэль чуть опускает центр тяжести.

Дверь взрывается облаком щепок.

Серый узник вырывается наружу — горящий, сгорбленный и готовый убивать. Человеческие глаза находят Граэля, а сшитая челюсть раскрывается в беззвучном оскале.

Граэль встречает его на выходе.

Клинок входит под вытянутую лапу и рассекает один из толстых швов. Из раны вместо крови выплёскивается вязкая серая жидкость. Удар разворачивает тварь боком, но не останавливает.

Лисса стреляет почти одновременно.

Стрела входит в шею Узника. Он дёргается и поворачивает голову к пленникам, но серебряная пластина в руках Сейры не светится — новая цель не назначена.

Пламя продолжает пожирать шерсть Серого узника, он корчится от боли.

Вместо того чтобы броситься на Граэля, тварь внезапно ударяет обеими лапами по земле. От неё расходится волна серой пыли, наполненная шёпотом множества человеческих голосов.

Граэль удерживается на ногах. Солдат рядом с ним застывает, опускает меч и начинает вслушиваться в голоса, которые слышит только он.

Серый узник мгновенно замечает слабость. Его лапа взлетает для удара по оцепеневшему человеку.

Но тварь находится перед Граэлем, Лисса держит её на прицеле, Сейра готова применить пластину, а Аделин уже в десяти шагах от Сейры.

Командирша тем временем медленно смещает ногу к брошенному кинжалу. Лисса замечает движение и переводит наконечник стрелы точно ей в грудь.

— Я бы не стала, — советует она. — Сегодня Граэль неожиданно щедр на пленных. Не порти ему настроение.

Лапа Серого узника взлетает над оцепеневшим солдатом. Тварь полностью сосредоточена на лёгкой добыче и на мгновение открывает бок.

Граэль замечает натянувшиеся швы на опорной конечности.

— Ошибка.

Он перехватывает оба меча и вкладывает в удар всю силу увеличенного тела, стараясь не просто ранить — перерубить лапу в суставе.

Первый клинок рассекает серую плоть и несколько толстых стежков. Лапа подламывается, но внутри обнаруживается металлическая скоба, удерживающая сустав.

Граэль тут же наносит второй удар точно в образовавшийся разрез.

Клинок с резким звоном перебивает скобу.

Лапа отделяется почти полностью и повисает на полосе шкуры. Серый узник теряет равновесие и тяжело валится набок, промахиваясь мимо солдата. Когти вспарывают землю там, где мгновение назад находилась его грудь.

Солдат вздрагивает, вырываясь из оцепенения. Он смотрит на когти у своих ног, затем на Граэля.

— Ты… спас меня.

— Не отвлекайся. Я ещё не решил, кто из вас останется в живых.

— Очень трогательно, — замечает Самус. — Почти дружба.

Ответный удар

Узник не чувствует боли так, как живое существо. Он с утробным хрипом перекатывается на спину и выбрасывает вторую лапу в Граэля.

Когти проходят по нагруднику, высекая искры, и цепляют Граэля под рёбра. Удар отбрасывает его на шаг, но с ног не сбивает.

В начале движения чудовище вновь охватывает пламя.

Серая жидкость обильно вытекает из рассечённого сустава. Серый узник тяжело дышит, опираясь на одну переднюю лапу. Он серьёзно ранен, но человеческие глаза по-прежнему следят именно за Граэлем.

Остальные

Лисса ловит момент, когда тварь оказывается на земле.

Стрела входит под ключицу и исчезает в сшитой плоти почти до оперения.

Аделин наконец добегает до пленников. Увидев кровь на боку Граэля, она уже достаёт святой символ:

— Если хочешь, чтобы я тебя лечила, постарайся хотя бы иногда не вставать перед самым большим чудовищем!

Сейра держит серебряную пластину наготове.

— Граэль! Похоже, я могу пометить целью самого Узника. Но не знаю, что произойдёт, если заставить его преследовать собственный запах!

Тем временем спасённый солдат поднимает меч. Теперь он стоит рядом с Граэлем уже не как вынужденная приманка.

— Скажи, куда бить.

Серый узник пытается подняться, опираясь на единственную целую переднюю лапу. Серебряный свет мерцает между разошедшимися швами, словно внутри чудовища бьётся второе, искусственное сердце.

Граэль отступает на полшага, втыкает в землю один меч, вытаскивает зелье лечения, зубами выдёргивает пробку из склянки и быстро вливает в себя всё содержимое. Магия действует мгновенно: кровь из ран Граэля больше не сочится, а сами раны начинают затягиваться.

Тепло разливается под доспехом. Пустая склянка ещё падает в траву, когда Граэль вновь перехватывает второй меч.

— Бей по ногам, — коротко говорит он солдату. — Попробуем обездвижить.

Затем обращается к Сейре:

— Попробуй выбрать Узнику целью его самого.

Пока чудовище ещё лежит, Граэль наступает ногой на повреждённую лапу и направляет клинок в уже раскрытую рану.

Клинок входит между разошедшимися швами. Граэль резко проворачивает его и ведёт вверх, расширяя рану на груди.

Сшитая плоть расходится.

Внутри обнаруживается металлическая клетка из серебряных дуг, а в ней — тускло мерцающий комок серой ткани, опутанный множеством тонких нитей. При каждом движении Узника нити натягиваются, заставляя мышцы сокращаться.

Тварь дёргается, пытаясь сомкнуть рану, но края уже не сходятся.

Спасённый воин бросается сбоку и рубит по задней ноге чудовища.

Меч перерубает сухожилие. Задняя конечность подламывается, и Узник, не успев подняться, вновь тяжело падает.

— Получилось! — выкрикивает солдат.

— Тогда бей ещё, когда скажу.

Сейра прижимает серебряную пластину к ладони и разворачивает её знаком к чудовищу.

— Я могу замкнуть метку на нём самом. Но если его разум состоит из нескольких частей, неизвестно, кого именно оно сочтёт добычей.

— Узнаем.

Серебряный знак вспыхивает. Светящаяся нить тянется к раскрытой груди Узника, касается металлической клетки — и возвращается обратно к его голове.

Человеческие глаза чудовища расширяются.

Оно втягивает воздух и внезапно начинает принюхиваться к собственной разорванной груди. Затем хватает здоровой лапой серебряные дуги внутри себя и с яростью тянет их наружу.

Тварь приняла собственное сердце за назначенную цель.

Серебряная клетка выгибается. Несколько нитей рвутся, и движения чудовища становятся судорожными, несогласованными. Оно ещё живо, но теперь сражается одновременно с Граэлем и с самим собой.

Аделин поднимает святой символ, готовясь поддержать Граэля. Лисса вновь натягивает тетиву. Командирша смотрит на своё творение с плохо скрываемым ужасом.

Серый узник лежит перед Граэлем с перерубленной ногой, почти оторванной лапой и раскрытой грудью. Внутри неё мечется серебряная клетка — теперь совершенно доступная для удара.

Граэль видит, как здоровая лапа Узника вцепилась в серебряные прутья и уже наполовину вытянула клетку из раскрытой груди.

Если именно она управляет телом чудовища, её можно вырвать целиком.

Он отбрасывает мечи, обеими руками хватается за выгнутые серебряные дуги и упирается сапогом в грудь монстра.

— Помоги себе.

Сначала клетка не поддаётся. Тонкие серебряные нити натягиваются, впиваясь в плоть, и всё тело Узника выгибается вместе с ними. Здоровая лапа чудовища хватает Граэля за предплечье, но из-за наложенной метки вместо того, чтобы оттолкнуть воина, тварь сама продолжает рвать клетку наружу.

Граэль резко выпрямляется и тянет изо всех сил.

Одна нить лопается.

Затем вторая.

После третьей раздаётся влажный треск, и серебряная клетка вырывается из груди монстра вместе с пучком серых волокон.

Граэль отшатывается на шаг, удерживая добычу обеими руками. Внутри погнутых дуг пульсирует бесформенный комок ткани размером с человеческое сердце. По его поверхности открываются и закрываются крошечные рты, беззвучно повторяющие разные слова.

Серый узник замирает.

Его лапа ещё раз скребёт землю, человеческие глаза смотрят прямо на Граэля — уже без ярости, почти осмысленно. Из множества голосов на мгновение выделяется один – человеческий.

— Спа… си… бо.

Тело чудовища тяжело обмякает. Алхимическое пламя продолжает пожирать шерсть, но Узник больше не двигается.

Серебряные прутья начинают вибрировать в руках Граэля. Серый комок внутри сжимается, а тонкие оборванные нити тянутся к его пальцам, словно пытаются найти нового носителя.

Сейра резко кричит:

— Не разбивай её! По крайней мере, пока держишь в руках! Клетка сдерживает то, что внутри!

Аделин уже направляет святой символ на находку:

— Положи её на землю. Медленно.

Солдат рядом смотрит на мёртвое тело, затем на свою бывшую командиршу.

— Они говорили, что это просто зверь…

Командирша молчит. И по её лицу Граэль понимает: она прекрасно знает, что находится в клетке.

Новых врагов не видно. Лес вокруг приюта снова затих, а со стороны дороги пока не доносится ни топота, ни голосов. Граэль медленно опускает серебряную клетку на вытоптанную землю, стараясь не касаться оборванных нитей.

Аделин следит за ними поднятым святым символом.

— Не приближайтесь к ней, — предупреждает она. — Особенно голыми руками.

Сейра очерчивает вокруг клетки защитный круг и запрещает кому-либо приближаться к ней ближе нескольких шагов.

Граэль кивает уцелевшему солдату в сторону остальных пленников:

— Иди к ним. Меч оставь здесь.

Тот без споров кладёт оружие и присоединяется к командирше и лучнику. Лисса встречает его наконечником стрелы и коротко показывает, где сесть.

— Аделин, посмотри на его раны. Он встретился с моей Огненной руной и всё ещё стоит на ногах. Если жив — то из последних сил. Потом лучника.

— Иногда мне кажется, что ты сначала проверяешь людей на прочность, а уже потом приводишь ко мне, — вздыхает Аделин.

Она быстро осматривает обожжённого солдата.

Под опалённой одеждой обнаруживаются глубокие ожоги от огненных цепей, несколько рёбер повреждены падением, но смертельных ран нет. Он действительно держался почти исключительно на страхе и упрямстве.

— Жить будет, если сегодня его больше никто не подожжёт, — сообщает Аделин, перевязывая ожоги. — Сам идти сможет. Драться — уже вряд ли.

Затем она подходит к пришпиленному лучнику. Копьё прошло сквозь мягкие ткани бедра, не задев крупную артерию.

Она осторожно извлекает оружие, останавливает кровь и туго перевязывает ногу.

— Этого тоже можно довезти живым. Но наступать на ногу ему нельзя.

Тем временем Граэль возвращается за дом. Двое оглушённых противников всё ещё лежат там, где их оставили. Мощь великана уже угасает, поэтому обратно он волочит их по очереди — за воротники, оставляя на полу две чистые полосы среди пыли и щепок. Затем возвращается за тем, кто был на втором этаже и в колокольне.

— Вот она, тайная служба короны, — комментирует Самус. — Сначала заговор, потом уборка тел.

Всех связывают и складывают рядом с остальными. Теперь в плену находятся командирша, обожжённый солдат, раненый лучник и несколько оглушённых бойцов.

По сигналу Лиссы из леса отвечает Томас. Через несколько минут он появляется на дороге, ведя лошадей в поводу. Увидев разрушенную дверь, дымящийся труп чудовища и группу связанных людей, он останавливается.

— Я так понимаю, переговоры прошли успешно?

— Все согласились поехать с нами, — отвечает Лисса.

Камень связи

— Сейра, срочно возьми камень связи. Если возможно, передай в столицу имена предателей.

Сейра достаёт особый камень связи, выданный специально для миссии. Она перечисляет имена, найденные в документах, добавляет местонахождение приюта, число пленных и предупреждение о возможной утечке в королевской страже.

Камень нагревается, и по его поверхности проходит серебряная трещина света.

— Сообщение принято, — говорит Сейра. — Ответ короткий: «Список получен. Связанных с ним людей изолируют. Удерживайте место. Отряд направлен».

Командирша при этих словах впервые теряет остатки спокойствия. Она понимает, что предупреждение ушло раньше, чем её сообщники успели скрыться.

Граэль разрешает Сейре временно оставить пластину при себе, как трофейный инструмент под контролем отряда.

Допрос

Граэль подходит к ней и останавливается напротив. За его спиной на земле вибрирует серебряная клетка, а рядом догорает неподвижное тело Серого узника.

— Есть что сказать? Что это за чудище и что в клетке?

Женщина некоторое время молчит.

Она смотрит на обожжённого солдата. Тот отворачивается от неё.

— Серый узник не был чудовищем, когда его сюда привезли, — наконец произносит она. — Это были пленники. Люди, звери… всё, что переживало первые опыты. Тела сшивали, а клетка заставляла их двигаться как одно существо.

Аделин мрачнеет:

— Кто это делал?

— Мастер Хольта. Мы знали его как анатома Варрена. Он пытался создать тело, способное принять несколько сознаний и подчиняться одной метке.

При упоминании Хольта Граэль замирает лишь на мгновение.

— А вот теперь вечер снова стал личным, — тихо замечает Самус.

Граэль указывает на клетку:

— Что внутри?