Королевские покои

Дорога во дворец

Граэль и Лисса покидают лечебницу верхом на двух лошадях из гвардейской конюшни. Город ещё спит, но операция уже разворачивается вокруг него невидимой сетью. По боковым улицам проходят небольшие группы солдат без знамён. У западных ворот ждут маги. Над дворцовым холмом трижды вспыхивает сигнальный огонь: приказ принят.

На середине пути камень связи в руке Лиссы нагревается.

Из него доносится голос дворцового офицера:

— Архив оцеплен. Но возникло осложнение. Когда мы подошли к внутреннему саду, служебный колодец оказался открыт. Внизу обнаружены трое дворцовых слуг. Двое задержаны. Третий успел уйти в архив и запер проход изнутри.

— Имя? — спрашивает Граэль.

На другом конце повисает короткая пауза.

— Королевский лекарь Эдмунд Роаль. Он служит при дворе двадцать три года.

Лисса мрачно смотрит на Граэля:

— Ещё один лекарь. Какая неожиданность.

— Королева? — спрашивает Граэль.

— В своих покоях. Дополнительная охрана выставлена, но она требует объяснить происходящее и отказывается покидать спальню. С ней находится только камеристка.

Видимо, камеристка находилась с королевой ещё до усиления караула, а приказ проверить личных слуг никто не получал.

Граэль вспоминает последние слова Варрена:

«Его самый надёжный тайник умеет ходить, говорить… и служит при дворе».

Лекарь подходит под описание, но что-то не сходится. Зато камеристка королевы почти всегда находится возле неё — на церемониях, советах и закрытых аудиенциях.

Лисса приходит к тому же выводу:

— Лекарь полез в архив сразу после тревоги. Слишком очевидно. Возможно, он уничтожает доказательства… или отвлекает охрану от настоящего тайника.

Впереди уже поднимаются дворцовые ворота.

— К кому сначала? — спрашивает Лисса. — К королеве и камеристке или вниз, к лекарю?

До покоев королевы — три минуты.

До запертого архива — пять.

А где-то внутри дворца один из них, возможно, уже выполняет последний приказ Хольта.

— В таком случае королева в приоритете, — решает Граэль. — Архив пусть штурмует стража. С одним человеком, думаю, справятся.

Он подносит камень связи ближе:

— Не ждите. Вскрыть обе двери одновременно, не дать Роалю ничего уничтожить и не позволить прикоснуться к себе. Если увидите серебряные нити, зеркала или подготовленное тело — вызывайте мага. Лекаря по возможности взять живым.

— Принято. Начинаем штурм.

Граэль убирает камень и поворачивается к Лиссе:

— Идём в покои королевы. Лисса, сейчас мне нужны всё твоё внимание и вся твоя проницательность. Если я что-то упущу — не жди разрешения.

— Значит, на нашем свидании я слежу сразу за двумя женщинами и поправляю тебя, если ты ошибёшься?

— Именно.

— Наконец-то хоть кто-то понимает мои представления о романтике.

— Вы подозрительно хорошо сработались, — замечает Самус. — Осталось выяснить, кто из вас оказывает на людей худшее влияние.

Перед покоями

Они почти бегом поднимаются по дворцовой лестнице. У дверей королевских покоев стоят шестеро гвардейцев вместо обычных двух. Командир встречает Граэля у самого порога:

— Никто не входил и не выходил. Камеристка Мирена находится внутри. Королева приказала нас не впускать.

— Когда Мирена вошла?

— Ещё до получения тревоги. Она ночевала в соседней комнате.

— Королева подавала голос?

Командир хмурится:

— Один раз. Приказала не беспокоить её до рассвета.

Лисса останавливается у двери и опускается на одно колено. На ковре возле порога лежит крошечный осколок прозрачного стекла — слишком чистого и тонкого для оконной рамы.

Она не касается осколка, лишь показывает на него кончиком кинжала.

— Зеркальное стекло. И его вынесли из комнаты на подошве совсем недавно.

Граэль активирует Каменную руну. На доспехе тускло вспыхивает знак, чувства обостряются, а звуки за дверью становятся чуть яснее.

Из покоев доносится ровный женский голос:

— Я уже отдала приказ. Уходите.

Это голос королевы. Но Граэль слышит между словами короткие, неестественно выверенные паузы — словно фразу не произносят, а воспроизводят по памяти.

Лисса тоже прислушивается и едва заметно качает головой:

— Она повторяет точно те же слова. Даже вдох в том же месте.

Граэль кладёт ладонь на рукоять меча.

— Открывайте.

— У нас нет ключа, — отвечает командир. — Королева заперла дверь изнутри.

— Двое остаются в коридоре. Никого не выпускать, даже если это буду я. Остальные входят за нами, но не рассредоточиваются. Лисса — справа. Я иду первым.

— Разумеется, — отвечает она. — Я же обещала смотреть, что ты упустишь.

Королевские покои

Первый удар ноги Граэля раскалывает засов. Второй распахивает створки.

Граэль входит, прикрывшись мечом.

Спальня освещена десятками свечей, хотя до рассвета ещё далеко. Королева сидит перед высоким зеркалом спиной ко входу. На ней ночная сорочка и тяжёлый церемониальный плащ, будто её готовили не ко сну, а к коронации.

Мирена стоит рядом, расчёсывая ей волосы.

Одно движение щётки.

Пауза.

Ещё одно движение.

И снова пауза — совершенно одинаковая.

Во всём зеркале нет отражения королевы.

Вместо неё там сидит Хольт.

Он выглядит старше, чем в воспоминаниях Варрена: худое лицо, впалые щёки, серебряные пластины вдоль висков. Отражение смотрит прямо на Граэля и улыбается.

Но Мирена в зеркале отражается нормально.

— Наконец-то, — произносит Хольт устами королевы. — Я уже начал опасаться, что ты выберешь архив.

Граэль не отвечает сразу. Его взгляд проходит по комнате: окна закрыты, балконная дверь занавешена, рядом с кроватью стоит нетронутый поднос. Никакого очевидного ритуального круга.

Лисса касается его локтя двумя пальцами и едва заметно указывает вниз.

Тень Мирены падает не к свечам, а к зеркалу.

— Королева жива, — тихо говорит она. — И напугана. Он управляет её голосом и отражением, но не телом. А вот камеристка здесь добровольно.

Мирена прекращает расчёсывать волосы.

— Очень проницательно.

Она поворачивается.

По обеим сторонам её шеи проходят тонкие серебряные швы, но глаза ясны. В левой руке у неё щётка, а правая скрыта под плащом королевы.

Граэль замечает движение ткани раньше, чем камеристка успевает что-либо сделать: её скрытая рука прижимает к спине королевы длинную стеклянную иглу.

Лисса шепчет:

— Если она сожмёт ладонь, игла войдёт под лопатку. Дистанция — пятнадцать футов. Я могу попытаться снять Мирену, но Хольт ждёт именно резкого движения.

В зеркале он наклоняется ближе, хотя тело королевы остаётся неподвижным.

— Пять тайников, Граэль. Пять отрядов. Пять способов заставить тебя разорваться между чужими жизнями. Но ты снова выбрал человека перед собой.

— Королеву, — спокойно поправляет Мирена.

Хольт улыбается шире:

— Нет. Себя.

Граэль ощущает внутри слабое натяжение — будто невидимая нить пытается зацепиться за тот самый пустой крючок, который он увидел в сознании Варрена. Каменная руна вспыхивает болью, но не гаснет.

— А вот и настоящее приглашение, — голос Самуса звучит неожиданно серьёзно. — Он не в королеве. Он использует зеркало, чтобы дотянуться до нас. Мирена держит иглу, но ритуал завершает Хольт.

В коридоре за спиной Граэля раздаётся голос из камня связи:

— Архив вскрыт! Лекарь задержан, но здесь пустой саркофаг и активный контур! Повторяю: тело отсутствует!

Хольт слышит сообщение и тихо смеётся.

Лисса смотрит не на зеркало, а на отражение руки Мирены. Затем почти беззвучно говорит:

— Её настоящая рука под плащом. Но отражение держит иглу у собственного сердца. Здесь две связанные угрозы. Если разбить зеркало неправильно, удар может принять королева.

Мирена чуть сильнее прижимает стеклянную иглу к спине королевы.

— Оружие на пол, Граэль. Только твоё. Лисса может оставить своё — мне нравится, когда у людей остаётся иллюзия выбора.

Граэль несколько мгновений смотрит на Хольта в зеркале, затем устало вздыхает.

— Хорошо. Я опущу оружие.

Он медленно, двумя пальцами, вытягивает первый меч и кладёт его на ковёр. Затем второй. Без резких движений отодвигает оба клинка носком сапога.

Лисса поворачивает к нему голову. Лишь на долю секунды — ровно настолько, чтобы он заметил вопрос в её глазах.

— Но сейчас будет страшновато, — предупреждает Граэль.

— Это начинает становиться обязательной частью наших свиданий, — тихо отвечает она.

Граэль медленно смещается в сторону. Не приближается к королеве, не тянется к оружию — просто выбирает такое положение, чтобы зеркало наконец захватило и его отражение.

Хольт внимательно следит за каждым шагом.

— Вот так, — произносит он. — Наконец ты начинаешь понимать…

По зеркалу проходит едва заметная рябь.

Хольт замолкает.

Сначала кажется, будто это дрогнул свет свечей. Затем отражение комнаты становится глубже, чем должна позволять стена. Позади Хольта проступает чей-то силуэт — высокий, худой, почти неотличимый от окружающей темноты.

Он стоит там, где в настоящей комнате никого нет.

Улыбка исчезает с лица Хольта.

И тогда из-за его плеча раздаётся тихий знакомый голос. Весёлый, почти дружелюбный — именно такой, какой человек обычно слышит лишь однажды:

— Я Самус. Меня «зовут» Самус. Я тот, кто идёт за тобой…

Силуэт склоняет голову набок.

— Оглянись.

Хольт оглядывается.

Не его отражение — он сам, находящийся где-то по ту сторону зеркального контура.

Рябь мгновенно усиливается. На серебряных пластинах у висков Хольта вспыхивают руны, словно он судорожно пытается оборвать связь. На один короткий миг отражение перестаёт подчиняться ему: Хольт поворачивается обратно, но его зеркальный двойник продолжает смотреть назад, в темноту.

И впервые Граэль видит на лице врага настоящий страх.

Самус уже не стоит за его спиной.

Теперь он отражается в самих глазах Хольта.

— Нашёл.

Хольт резко взмахивает рукой, пытаясь разорвать соединение. Но испуг выдаёт его: по зеркальной поверхности вспыхивает тонкая серебряная нить, уходящая от его груди вниз и вправо — к конкретному месту где-то далеко от дворца.

Лисса замечает её одновременно с Граэлем.

— Нить уходит на западный берег, в сторону Стеклянной комнаты! — быстро говорит она.

От неожиданного движения Хольта контроль над покоями слабеет. Королева судорожно втягивает воздух и впервые поворачивает голову по собственной воле. Рука Мирены дрожит; стеклянная игла отходит от её спины на несколько дюймов.

Но камеристка реагирует быстрее, чем хозяин. Она стискивает зубы и начинает движение вперёд.

Лисса уже сорвалась с места. Она бросает кинжал не в Мирену, а в её тень.

Клинок вонзается в пол между тенью и зеркалом, там видна проходящая серебряная нить. Серебряная связь дрожит, задерживая руку камеристки буквально на мгновение.

— Граэль! — кричит Лисса. — Игла!

Мечи лежат на ковре в нескольких шагах. Мирена удерживает королеву перед собой, но её правая рука пока обездвижена. В зеркале Хольт пытается восстановить контроль, а за его спиной темнота уже принимает очертания улыбающегося Самуса.

Граэль срывается с места.

Носок сапога поддевает лежащий на ковре меч, клинок взлетает, и рука Граэля перехватывает рукоять ещё до того, как Мирена успевает понять его замысел. Он не рубит её саму — направляет остриё точно в кисть со стеклянной иглой.

Лезвие рассекает ладонь и с хрустом ударяет по игле. Та вылетает из пальцев Мирены, сверкая в свете свечей.

Но в момент удара стекло вспыхивает изнутри.

По клинку к руке Граэля пробегает ледяной импульс — Хольт пытается перехватить движение через отражение.

На краткий миг пальцы Граэля немеют, но хватка остаётся крепкой.

— Не трогай чужое, — почти весело произносит голос Самуса со стороны зеркала. — Руки оторвём.

Игла падает на ковёр, однако Мирена ещё стоит вплотную к королеве. Граэль не останавливается. Он выпускает меч, сокращает последний шаг и всей массой врезается в камеристку плечом.

Удар выбивает из Мирены воздух. Она отлетает от кресла, сносит столик с подсвечником и падает возле кровати. Серебряные швы на её шее вспыхивают, а тень, приколотая кинжалом Лиссы к полу, растягивается противоестественно далеко — словно часть её всё ещё пытается удержаться возле зеркала.

Лисса мгновенно оказывается между камеристкой и королевой. Одной рукой оттаскивает королеву от кресла, другой приставляет второй кинжал к горлу Мирены.

— Лежать. Сегодня ты уже проиграла и королеву, и свидание.

Граэль разворачивается к гвардейцам:

— Уведите королеву! Иглу не трогать!

Затем его голос раскатывается по коридору:

— Вызвать мага, срочно! Нужно разорвать контроль через зеркало и разобраться с самим зеркалом! Остальным отвернуться! Не встречаться взглядом с отражениями и не отвечать им.

Двое гвардейцев закрывают королеву щитами и выводят из прямой линии отражения. Командир поднимает камень связи:

— Боевого мага в королевские покои! Зеркальная угроза, высший приоритет!